Воспоминания человека, который от марксизма перебросился к
"традициям" "Народной Воли", притом в его узком понимании этой партии, как воплощения идеи
террористической борьбы. <...> Член финской партии Активного Сопротивления журналист Жонни Циллиакус сообщил
центральному комитету (партии с.-р.), "что через него поступило на русскую революцию пожертвование
от американских миллионеров (!!) в размере миллиона франков, причем американцы ставят условием,
чтобы деньги эти, во-первых, пошли на вооружение народа и, во-вторых, были распределены между
всеми революционными партиями без различия программ". <...> Жонни Циллиакус опровергал это, и центральный комитет не имел оснований отнестись с недоверием к
его словам". <...> Максималисты и
анархисты -- раз они "за бомбу" -- желанные члены этой организации. <...> Поэтому Савинков признает: "Революционер старого,
народовольческого, крепкого закала, Сазонов не имел ни сомнений, ни колебаний. <...> Смерть Плеве была
необходима для России, для революции, для торжества социализма. <...> Савинков на этом успокоиться не может и добавляет:
"Сазонов впоследствии мне написал с каторги: "Сознание греха никогда не покидало меня". <...> Еще характернее в освещении Савинкова Беневская, верующая христианка, ради спасения души
признававшая террор. <...> Они освещают, помимо воли автора, тот период, когда
партия с.-р. еще не была той "ручной" партией, за спиной которой в момент революционного
выступления масс пряталась вся черная реакция, но когда, несмотря на героизм отдельных лиц, все
данные для того, чтобы стать таковой, уже были налицо. <...> БОРИС САВИНКОВ
ВОСПОМИНАНИЯ ТЕРРОРИСТА
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
ГЛАВА ПЕРВАЯ
УБИЙСТВО ПЛЕВЕ
I
В начале 1902 года я был административным порядком сослан в г. Вологду по делу с.петербургских социал-демократических групп "Социалист" и "Рабочее Знамя". <...> Кроме того, в вопросе террористической борьбы я
склонялся к традициям "Народной Воли". <...> После
свиданий с нею я примкнул к партии социалистов-революционеров <...>
Воспоминания_террориста.pdf
БОРИС САВИНКОВ
ВОСПОМИНАНИЯ ТЕРРОРИСТА
СОДЕРЖАНИЕ:
ПредисловиеФеликса Кона к изданию 1928 года.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Глава первая. Убийство Плеве.
Глава вторая. Убийство великого князя Сергея.
Глава третья. Боевая организация.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Глава первая. Покушение на Дубасова и Дурново.
Глава вторая. Арест и бегство.
Глава третья. Разоблачение предательства Азефа.
ПРЕДИСЛОВИЕ
к изданию "Воспоминаний террориста" 1928 года
Воспоминания Савинкова... Воспоминания человека, который от марксизма перебросился к
"традициям" "Народной Воли", притом в его узком понимании этой партии, как воплощения идеи
террористической борьбы. Благодаря такому пониманию стал социалистом-революционером, причем,
будучи членом этой партии, признавал только боевую организацию, только боевые действия... А затем, с
этого чалого коня перешел на "белого", затем на "вороного", чтобы в конце своего жизненного пути
вновь ударить себя в грудь и публично заявить: "Я ошибался".
Ошибался ли он? Личная ли это ошибка или неизбежное истеричное шатание из стороны в
сторону представителя мелкобуржуазной среды, того класса, который обречен на гибель в великой
борьбе труда с капиталом и в поисках спасения мечущегося и перекидывающегося то на сторону труда,
то на сторону капитала?
Савинков типичен для этой среды. На мрачном фоне самодержавно-феодального строя, он, если
не объективно, то субъективно революционер, но "революционер" особенный, "революционер",
просмотревший первые громы революции, не понимавший движения масс, не веривший в массы,
противопоставлявший единичный террор движению масс, видевший возможность победы только путем
террора, возводивший террор в принцип и ради осуществления террористического акта готовый
поступиться всем -- и партией, и ее программой, и даже тем, что считал своим "святая святых", -патриотизмом.
Весьма
характерен следующий маленький отрывок из воспоминаний.
Член финской партии Активного Сопротивления журналист Жонни Циллиакус сообщил
центральному комитету (партии с.-р.), "что через него поступило на русскую революцию пожертвование
от американских миллионеров (!!) в размере миллиона франков, причем американцы ставят условием,
чтобы деньги эти, во-первых, пошли на вооружение народа и, во-вторых, были распределены между
всеми революционными партиями без различия программ".
К этому сообщению в выноске Савинков добавляет: "Впоследствии в "Новом Времени"
появилось известие, что пожертвование это было сделано не американцами, а японским правительством.
Жонни Циллиакус опровергал это, и центральный комитет не имел оснований отнестись с недоверием к
его словам". И только... Сам Савинков, с пеной у рта кликушествовавший вместе со своими соратниками
о "германских деньгах", причем весь этот навет был сознательно ими сочинен, по поводу этого миллиона
франков даже не побеспокоился проверить, чем, в самом деле, обусловлена эта щедрость американцев,
ныне, как известно, отпускающих миллионы на поддержку не русского народа, а Романовых.
Это лишь один, но очень характерный штрих... "Все для террора" -- вот Савинковское знамя
первого периода его деятельности. Все на благо, что на потребу боевой организации. Максималисты и
анархисты -- раз они "за бомбу" -- желанные члены этой организации. С программой партии можно не
Стр.1